Главная страница
 Обратная связь
 Редакция рекомендует
 Друзья сайта
   
 
 Белорусские сказки
 Русские сказки
 Украинские сказки
 
 Абазинские сказки
 Абхазские сказки
 Аварские сказки
 Адыгейские сказки
 Азербайджанские сказки
 Армянские сказки
 Балкарские сказки
 Грузинские сказки
 Карачаевские сказки
 Курдские сказки
 Осетинские сказки
 Чечено-Ингушские сказки
 
 Казахские сказки
 Киргизские сказки
 Таджикские сказки
 Туркменские сказки
 Узбекские сказки
 
 Датские сказки
 Исландские сказки
 Норвежские сказки
 Финские сказки
 Шведские сказки
 
 
  
 
 

Два плута


В давние времена, во времена короткого хвоста, жили на свете два веселых плута: один гулял в Сырдарьинских степях, другой — в степях Сары-Арки. Широко разносилась слава об их проделках, и не раз им случалось слышать  рассказы  друг  о  друге. И    в    конце    концов   надумали они  каждый про себя  сойтись где-нибудь один   на   один, испытать свою ловкость, померяться хитростью.
Смазав жиром сапоги и подоткнув полы халатов, отправились они в путь. Шли, шли и в некий день из дней встретились на караванной дороге подле только что поставленного мазара. Как старые друзья, поздоровались они, обнялись и повели беседу.
—  Новости   есть?—спрашивает   сырдарьинский   плуг.
—  Новости   есть,— отвечает     сарыаркинский   плут.— Видишь,  стоит  новый  мазар?   Недавно  похоронен   в    нем один знаменитый бай. Много скота, много золота он оставил. И все досталось его придурковатому сыну. Сырдарьинский плут говорит:
—  Бай не даст того,  что имеет,   а  бедняк не   должен зевать... Давай-ка выманим у байского сына сто червонцев и разделим их пополам.
Сарыаркинский плут отвечает:
—   Масло тебе в рот! Я согласен. Но как это сделать? Плут да  плут — два  плута,  долго  ли  им  сговориться?
Закусили, закурили, так и этак поразмыслили и приняли решение.  Сырдарьинский плут забрался в мазар и там притаился, а сарыаркинский обмотал голову зеленой чалмой и под видом странствующего ишана явился в аул  покойного бая.
—  Дитя    мое,— сказал   плут   байскому    сыну,— было время, отец твой взял   у   меня червонцы, говоря:  «Верну тебе деньги  полностью,   как  только  потребуешь.  Жив  буду — сам    отдам,    мертв    буду — сын    отдаст».    Наступил срок получить мне старый долг. Исполни же завет отца.
Сын бая и рот раскрыл от такого известия. Ведь берущему и шести мало, а дающему и пять много! Подумав, он сказал:
—  Чем ты докажешь, что в словах твоих нет обмана? Плут горестно покачал головой и ответил со вздохом;
—  Если ты не веришь зеленой чалме, так сходи на могилу отца, может быть, он сам откроет тебе истину. В великой тревоге приблизился молодой бай к мазару и, дрожа от страха, спросил:
—  Отец,  правду   ли   говорит   ишан   в   зеленой   чалме, что ты должен ему сто червонцев? И тут сырдарьинский плут отвечает ему из мазара глухим голосом:
—   Правду,  правду  он  говорит,  сын мой!   Из-за  этого долга  страшные  муки   я   здесь   терплю.   Верни   поскорей деньги ишану, дай отдохнуть мертвым костям!
Весь в холодном поту прибежал байский сын домой и, ни  слова  не  говоря,  выложил  плуту  сто  червонцев. Припрятал сарыаркинский плут золото за пазуху и думает так:
«Пусть посидит дружок в мазаре, пока ему не наску-чит, а я и один в степи не заблужусь».
Миновали дни и недели. Он возвратился в свою кибитку, тайком зарыл золото под очагом и строго наказал хене
—  Если  нагрянет  к  нам такой-то  и  такой-то  человек, скажи   ему,  что я скоропостижно умер  и погребен по  закону. Постарайся его спровадить поскорей, а пока он не уйдет, каждый вечер приноси мне еду в овраг. Там я буду до времени.
А сырдарьинский плут ждал товарища в темном мазаре и понял наконец, что тот его обманул. Кое-как выбрался он на свет и, глядя в сторону Сары-Арки, сказал:
—  Обширна степь, но человек проворен!  Не скроешься ты от меня, приятель, если правда, что снег не держится на колу. Погоди немного, светик мой,— что положил ты в казан, то попадет тебе в черпак!
С этими словами он затягивает кушак и пускается в дорогу разыскивать след обманщика. Идет день, идет ночь, идет месяц; рассекая пространство, он движется вперед. И вот находит он в степи кибитку беглеца, открывает дверь, переступает порог.
Едва завидев незнакомого человека, жена сарыаркин-ского плута заплакала и стала причитать:
—  Умер  мой  несчастный муж,  вот  уже три дня,   как его похоронили.   Кто   бы   ты   ни   был,  чужеземец,  оставь меня наедине с моим горем!..
«Напрасно ты куешь холодное железо, хозяйка!» — думает сырдарьинский плут, но вслух говорит, обливаясь слезами:
—  Женщина,  ты  разорвала  мне сердце своими  словами. Умер мой друг, ой, беда, беда! Как уйду я из жилища покойного, не помянув его и не оплакав? Обещаюсь перед богом   провести   здесь   сорок   лет,   покуда   глаза   мои   не ослепнут от слез.— И, не переставая рыдать, усаживается поудобнее на почетном месте.
Идут дни за днями, живет сырдарьинский плут в чужой кибитке, поминает друга его же бараниной и кумысом. И не скрылось от его глаз, что хозяйка каждый вечер исчезает куда-то с полным мешком. Однажды плут украдкой проследил за ней и узнал дорогу к оврагу. Как-то раз позвали хозяйку в гости. Нарядившись в праздничные одежды, она ушла на весь день и вернулась только к ночи. Сырдарьинский плут не стал терять времени даром: он переоделся в платье хозяйки, набил мешок разной снедью и, когда стемнело, спустился в овраг к сарыаркинскому плуту. Сарыаркинский плут набросился на еду и, не замечая обмана, спросил:
—  Ну что, тот мошенник не собирается еще уходить? Изменив голос, сырдарьинский плут отвечал:
—  Нет, не трогается  с места, притворяется,  будто сокрушен печалью. А сам все что-то ищет да высматривает. Видно,  ты  припрятал  что-нибудь от него.  Боюсь,  как  бы он не нашел спрятанное.
Сарыаркинский плут смеется.
—  Не бойся, глупая, пусть он высохнет, как иргаевая палка, все равно ничего не найдет, но на всякий случай присматривай  за  очагом.  Если что будешь  замечать,  дай знать мне.
—  Хорошо,— говорит    сырдарьинский    плут,    а    про себя шепчет: «Ага, вот оно что—под очагом!»
Когда   хозяйка   явилась   домой,   сырдарьинский    плут, как ни в чем не бывало, сидел на своем место, попивая кумыс, проливая горькие слезы. Она второпях схватила мешок и побежала к мужу, ожидая, что он станет бранить ее за опоздание. Сарыаркинский плут, завидя жену, очень удивился и сказал:
— Говори скорей, что случилось? Почему ты пришла второй раз?
Жена отвечала:
—  Да  будет  долог  твой   век,   дорогой,   что   с   тобой? Я прихожу сегодня впервые.
—  Ой,   безумная,   ты   погубила   мою   голову! — вскричал плут и, не чуя ног, помчался к кибитке. Но там на месте золота уже дует ветер.
Недаром, оказывается, старики говорят: «Не хвались силой — нарвешься на сильного; не хвались хитростью — нарвешься на хитрого».
Подумав, сарыаркинский плут сказал так:
—  Удача  поворачивается   к  нам  то  лицом,  то  спиной. А кто предается печали, тот увеличивает трудность своего положения. И только дурак, рассердившись на вшей, бросает шубу в огонь. Тут он простился с женой, сел на безрогого бычка и, погоняя его суковатой палкой, направился в Сырдарьинскую степь.
Той порой, что сарыаркинский плут ехал степью, расспрашивая про дорогу, сырдарьинский плут добрался до дому и велел жене, чтобы она тотчас же оповестила весь аул о его внезапной смерти, а сам закутался с головой в саван, вытянулся и стал как неживой. Жена послушно исполнила все, что он требовал. На вопли женщины стали собираться люди из соседних кибиток, пошумели, пожалели, потом снесли мнимого покойника в заброшенный мазар и приступили к поминальному пиру.
В самый разгар пира подъехал к аулу на своем безрогом бычке сарыаркинский плут. Разузнав, что это за пир и кого поминают, он сразу обо всем догадался: «Э-э-э, знакомая песня»,— но представился, будто поражен горестной вестью, и, зарыдав, воскликнул:
—  Если умер мой друг,  умру  и  я.  Нет без  него счастья, и  жизнь без  него темна   Об одном прошу, положите меня рядом   с   другом, не   разлучайте   нас   хоть   после смерти.
Проговорив такие слова, он повалился на землю, затаил дыхание и притворился мертвым. И похоронили его в тот же день и положили рядом с приятелем.
Вот народ разошелся, и оба плута остались в мазаре наедине.
—  Ас-салямалейкум!—тихонько   говорит   сарыаркинский плут.
—  Валейкум-ас-салям!—так    же    тихонько    отвечает сырдарьинский плут.
—  Не   пора   ли   нам   поделить   байские   червонцы? —-спрашивает сарыаркинский плут.
—  Что  же,  может,   и  пора,— отвечает   сырдарьинский плут.
И только они начали этот разговор, как вдруг снаружи раздался топот, шум и звон, и в мазар ввалилась шайка разбойников — сорок отчаянных головорезов.
Усевшись в круг, разбойники стали делить добычу. На долю тридцати девяти человек приходилось по куче золота, а сороковому должен был достаться старый меч. Но никто из разбойников не соглашался взять меч. Всякому хотелось получить золото. Поднялся спор. Тогда главарь шайки говорит:
—  Глупцы,  разве  добрый  меч   не   дороже  пригоршни монет?  С ним удалец защитит свою жизнь и добудет богатство.  А  этот  старый  меч  достоин  служить   и   батыру. Полюбуйтесь-ка, как я с одного взмаха разрублю пополам этих двух мертвецов!—и  он выхватил меч из  ножен.
В то же мгновение, не дожидаясь беды, оба плута в своих белых саванах вскочили с земли и закричали страшными голосами:
—  Темные   грешники,   проклятые   кровопийцы!    Мало вам слез живых,  так   вы   посягнули уже   и   на  мертвых? Ужасайтесь! Трепещите!  Час вашей казни настал!
Что тут было! «Ошалевшая утка ныряет хвостом...» Бросив все драгоценности, друг через друга кинулись разбойники кто куда: одни попали в двери, другие лбом пробили себе выход. Спустя миг, они были от мазара на расстоянии трехдневной езды.
Тут плуты скинули саваны, разделили по-братски сокровища и, от души посмеявшись над своими похождениями, разошлись в разные стороны.


<<<Содержание