Главная страница
 Обратная связь
 Редакция рекомендует
 Друзья сайта
   
 
 Белорусские сказки
 Русские сказки
 Украинские сказки
 
 Абазинские сказки
 Абхазские сказки
 Аварские сказки
 Адыгейские сказки
 Азербайджанские сказки
 Армянские сказки
 Балкарские сказки
 Грузинские сказки
 Карачаевские сказки
 Курдские сказки
 Осетинские сказки
 Чечено-Ингушские сказки
 
 Казахские сказки
 Киргизские сказки
 Таджикские сказки
 Туркменские сказки
 Узбекские сказки
 
 Датские сказки
 Исландские сказки
 Норвежские сказки
 Финские сказки
 Шведские сказки
 
 
  
 
 

У одной невесты три жениха


Богат, страшно богат Абдулга-лим: пастухи его табунов и гуртов не знали даже, сколько было крупного скота, а сосчитать овец для них было делом прямо непосильным, и если иногда нужно было сосчитать овец хотя бы приблизительно, то для этого загоняли их поочередно — гурт за гуртом —- в особый загон, и полный загон овец считался за тысячу. А сколько стояло в просторных кибитках Абдулгалима громадных сундуков, окованных железом, сколько было в этих сундуках бархата, шелка, ковров и драгоценных вещей! При одной мысли об этом у бедного казаха кружилась голова.
Премудрый аллах не всех одинаково награждает благами. Вот дряхлый старик, у него уже давно трясутся ноги, но по богатству и роскоши он подобен хану —такое был Абдулгалим, а какой-нибудь знаменитый жигит и батыр по целому году не имеет своего собственного кумыса.
Славился Абдулгалим своим богатством чуть ли не на всю орду, но весь свой долгий век не пригрел ни одной сироты, не бросил мяса голодному байгушу, так как был очень скупой и корыстолюбивый. В его роскошных кибитках никогда не раздавался шум пиров, его котлы никогда не окружала толпа кунаков, вблизи его летовок ни разу не гарцевали удалые жигиты на лихих аргамаках и не слышно было звуков домбры. Все знали скупость Абдулгалима, никто его не любил, и всякий сторонился его негостеприимного аула.
Так продолжалось до тех пор, пока не выросла его единственная дочь Шехезахита и не превратилась в невесту изумительной красоты. Ей не исполнилось еще и четырнадцати лет, а стоустая молва уже всюду разнесла по степи весть о ее ослепительной красоте. Красота эта описывалась такими заманчивыми словами, что у многих жигитов и батыров явилось желание побывать в ауле Абдулгалима и попытать счастья — посватать Шехезахиту; иные же не решались рассчитывать на удачу — для них было большим счастьем просто взглянуть на красавицу.
Но одно дело посватать Шехезахиту, другое — добиться согласия ее отца. Абдулгалим долгое время даже не хотел видеть искателей руки его дочери и приказывал всем им отвечать, что Шехезахита еще очень молода, и он пока не думает выдавать ее замуж ни за кого — приди хоть сам сын хана.
Между тем время шло,   и Шехезахите минуло шестнад- : цать лет. Красота ее стала еще пышнее, и слава о ней распространилась по степи даже больше,  чем молва о богатстве самого Абдулгалима. Услышал о ней   и   знаменитый среди жигитов и батыров Илентай. Он решил во  что бы то ни стало добиться руки Шахезахиты, хотя мать Илентая, почтенная старушка, и уговаривала его отказаться от своего решения.
— Знаешь,— говорила она,— Абдулгалим имеет несметные богатства. Хотя и мы богаты, но всего нашего боЯ гатства недостаточно на уплату того калыма, какой потреЯ бует жадный старик за свою дочь.
Однако сына нельзя было разубедить. Тогда мать попросила  его дождаться   весны  и перекочевать  по  соседству к аулу Абдулгалима, а там, говорила она, будет видно что делать. Сын согласился. Наступила весна,  и Илентай со всем своим скотом и имуществом двинулся к заветной цели. В одно прекрасное утро   он   наконец   достиг   летних пастбищ, расположенных близ аула Абдулгалима, и тотчас же захотел поехать к нему, но умная мать и тут остановился нетерпеливого сына и посоветовала поступить иначе:  сначала найти женщину,  которая  имела свободный доступ к Шехезахите, и уговорить ее при помощи подкупа устроится свидание с красавицей. Такая женщина скоро нашлась, звали ее Зямал. Золото сделало свое дело, и Зямал согласилась устроить свидание.
Однажды Зямал пришла к Шехезахите и таинственней спросила:
—  Милая Шехезахита, ты ничего не знаешь?
—  Что случилось? — спросила      Шехезахита.— Или отец просватал меня за старого жениха?
—  О нет, не беспокойся,— сказала ей Зямал,— я сейчас узнала, что к нашему аулу прикочевал такой красивый жигит, каких ты и во сне не видела.
—  Ты что-то, Зямал, скрываешь от меня,— с любопытнством сказала Шехезахита,— не бойся, говори всю правду,Я я никому не скажу.
.— Дело вот в чем,— начал Зямал,— к нашему аулу прикочевал Илентай, красивый собою, прикочевал издалека именно для того, чтобы познакомиться с тобою и просватать тебя. Кроме красоты своей и знатности рода, Илентай очень богат, и, думаю, что отец твой останется доволен таким женихом. Но прежде чем сватать, Илентай делает видеть тебя и поговорить с тобой. Что ты скажешь на это?
Шехезахита едва устояла на ногах от охватившего ее волнения и долго молчала. Как быть? Страшно, ох как страшно прогневить сурового отца, да и как робкой и неопытной девушке идти на свидание с совершенно незнакомым жигитом?
—   Ну,    Шехезахита,    решайся    скорей,— торопила    ее Зямал. — Такого жениха не найдешь. А тут вдруг явится какой-либо старик  или  урод,  но  богатый...  Неужели  тебе все равно?...
—  Как  же,  Зямал,  мне  быть?—спросила  робко Шехезахита.— А если кто узнает?
—  Не бойся,— подбадривала ее Зямал,— положись на меня. Завтра, чуть заря, пока еще в ауле спят, мы выйдем из юрты и пойдем к озеру, где в густом камыше переодетый оборванным байгушем будет ждать нас Илентай. Согласна?
—  Согласна,— чуть слышно проговорила девушка. Утром, лишь только занялась заря, Шехезахита и Зямал вышли из юрты и направились к озеру.
—  Иди  скорее,  Шехезахита,   нас   могут  увидеть,— торопила ее Зямал.
— Ой, боюсь! — шептала Шехезахита.—Не  воротиться ли назад?
—  Поздно! Слышишь, пастухи просыпаются и выгоняют скот из аула,— пугала ее Зямал.— Дадим им подальше отойти от юрт, тем временем нам нужно как можно быстрее спуститься к озеру, где уже ждет тебя Илентай.
Зямал схватила растерявшуюся от страха красавицу за руку, и они бегом пустились к озеру. Вот и озеро, и высокий камыш стоит как стена, не колышется. У девушки забилось сердце, как у пойманного зайца. Зямал тихо хлопнула в ладоши, и камыш затрещал, зашевелился, и из него сначала вынырнула шапка-малахай, а затем Илентай.
—  Ты, жигит?—спросила Зямал.— Ты   хотел   видеть Шехезахиту. Она перед тобой. Смотри: хороша?
—  Если бы у меня даже было полглаза — начал Илентай, но Зямал перебила его:
—   Илентай, не теряй времени на пустые слова! Скажи лучше, желаешь ли ты сватать Шехезахиту?
—  Желаю ли?!—сказал Илентай.— Если на то будет согласна...
—  А тебе, Шехезахита, нравится   этот жигит?—спросила Зямал девушку.— Да говори же скорей!..
Вместо ответа девушка кивнула головой.
—  И  ты   согласна   стать   моей   женой? — уже   решился спросить сам Илентай.
—  Согласна,— был тихий ответ Шехезахиты.
—  А будешь ли ты согласна бежать со мной, если твой отец не даст разрешения   на   наш   брак?—спросил опять! Илентай.
—  Буду,— последовал ответ.
Илентай от радости подпрыгнул, подбросил малахай и быстро исчез в камыше, а Шахезахита с Зямал возвратились в свою юрту.
На другой день к аулу Абдулгалима на великолепнейшем аргамаке в роскошном халате лихо подъехал Илентай  в   сопровождении  десятка   нарядных   и   статных   жигитов. Одного из них Илентай отрядил к отцу красавицы с просьбой о гостеприимстве, а остальные с ним стали дожидаться возвращения посланного. Сверх ожидания Абдулгалим просил  гостей  немедленно   к   нему  пожаловать.   Он   уже успел проведать,  зачем явился  к нему Илентай,  и знал о знатности его рода, красоте, а главное — жадного старика интересовало его богатство: таким женихом брезговать ней приходится даже ему, Абдулгалиму.  Да и то  нужно сказать, что Шехезахита уже на возрасте, а тут еще вокруг  1 аула бродят бесшабашные   жигиты—того   гляди похитят невесту.
Неприятная дрожь пробежала по телу Илентая, когда он увидел лежащего на ворохе подушек Абдулгалима, без бровей, с брюзглым лицом и отвислою нижней губою,  беззубый рот его шевелился и издавал какие-то невнятные звуки.  Пришлось  объясняться   при  помощи  толмача.
—  Я знаю, Илентай, зачем ты пожаловал ко мне.  Но так ли велико твое богатство, чтобы ты мог рассчитывать на мое согласие? — спросил Абдулгалим.
—  За  твою  дочь,  Абдулгалим,   я   готов   отдать  более половины всего своего богатства,— сказал Илентай.
— Не дурна твоя речь, Илентай,— сказал Абдулгалим,— сразу видно умного жигита... Я согласен.
Чтобы старик не передумал, Илентай в тот же день уплатил ему калым. Но вот беда: вскоре явился другой жених и предложил за Шехезахиту еще больший калым. Не устоял жадный старик — и просватал свою дочь и за этого жениха. Вслед за ним приехал в аул третий жених и стал давать вдвое больший калым. Долго упирался Абдулгалим, но страсть к наживе заставила его согласиться отдать свою дочь и за этого жениха.
Что теперь делать, как быть? Нельзя же одну невесту отдать трем женихам сразу. Удивительнее же всего было то, что Абдулгалиму и не приходила в голову мысль отдать два калыма обратно. Крепко задумался старый скряга, затосковал, перестал есть, лишился сна и даже стал мешаться умом. Между тем пришло время, когда женихи съехались в его аул, чтобы взять Шехезахиту. Тут-то они и узнали, что сделал с ними Абдулгалим.
Сначала женихи хотели отомстить Абдулгалиму, но дружно действовать не могли, так как сами перессорились из-за того, кому из них должна принадлежать Шехезахита: один кричал «моя!», и другой кричал «моя!», и третий— «моя!». Ни один не соглашался ни за что уступить другому. Наконец Илентай предложил решить спор судом. Отправились  они   к  бию  и  потащили  с  собой  Абдулгалима.
На суде Илентай доказывал, что он первый посватал Шехезахиту и первый получил согласие отца, следовательно, она должна принадлежать ему. Второй жених говорил, что он о сватовстве первого жениха не знал, а потому, раз Абдулгалим согласился выдать дочь свою за него, то он имеет полное право требовать ее себе. Третий жених говорил, что он также не знал о сватовстве первых двух, заплатил калым больше их, пусть они возьмут свои калымы обратно, он готов и еще на больший калым, только бы получить невесту.
Бию первый раз приходилось разбирать такое запутанное дело, тем более, что женихи не соглашались на взыскание с Абдулгалима своих калымов, и каждый из них желал завладеть невестой. Как бий ни был умен и справедлив, но примирить трех женихов чрезвычайно затруднялся: все они имели совершенно одинаковые права на невесту, и решить дело в пользу одного из них значило поступить   несправедливо   по   отношению    к   двум    остальным.
Между тем бий уже много лет славился по степи как один из самых мудрых судей, и потерять эту славу для неге было бы очень прискорбно.
После долгих размышлений он было надумал рассудить так: пусть все три жениха получат свои калымы обратно и все вместе явятся к отцу невесты вторично сватать ее; на этот раз он, конечно, не посмеет просватать ее двоим или троим, а только одному из них. Но умный бий был дальновиден, он отлично понимал, что такое решение, хотя и будет беспристрастным, однако поведет к непримиримой вражде со стороны двух искателей руки невесты к ее отцу и будущему мужу, и вражда эта послужит причиной долголетних смут и обид между несколькими родами, а в. роде и без того много неурядиц. Думал, думал бий, даже, пот выступил на лбу. Наконец надумал:
—  Видите,— обратился   он   к  женихам,— я   очень   затрудняюсь рассудить ваш спор и прошу вас самих помочь мне. Вообразите себя на моем месте и будьте сами судьями вашего дела, но так, как будто бы это дело вас не касается. Скажите же мне,  каким   бы образом вы   его решили?
Третий жених,  надеясь на  свое богатство и рассчитывая на корыстолюбие отца невесты, решил:
—  Я бы присудил отдать невесту тому, кому согласится отдать ее отец.
—  Пусть будет так,— подтвердил второй жених, я согласен на это, но с тем условием, чтобы передача невесты кому-либо из нас случилась не раньше двух недель.
За это время он решил во что бы то ни стало похитить невесту.
—   Ну,  а   ты,   Илентай,   что   же   молчишь?—спросил бий первого жениха.
—  Я бы  отдал  невесту  тому,  в чьей  юрте  она  сейчас находится,— сказал Илентай.
Бий подозрительно и испытующе посмотрел в глаза Илентая и понял, что невеста уже принадлежит третьему, жениху, но не подал виду, что знает это. Соперники иге были уверены, что Шехезахита находится в юрте своего! отца, и выразили полнейшее удовольствие по поводу глу-» пого, как им казалось, решения Илентая.
— Вот, жигиты,— сказал бий,— вы сами добровольно и по общему соглашению решили ваш спор. Решение это я признаю справедливым, и пусть никто из вас не вздумает его нарушить. Теперь же отправляйтесь и беспрекословно отдайте невесту тому, кому она должна  принадлежать по единодушному вашему приговору.
При этом он многозначительно взглянул на Илентая и одобрительно кивнул ему головой. Нужно ли говорить, что в ауле Абдулгалима Шехезахиты не оказалось: жигиты Илентая при помощи хитрой Зямал сумели увезти тайно красавицу в аул ее избранника в то время, когда судьба ее решалась на суде бия. Таким образом, остальные два жениха, следуя своему же приговору, должны были, хотя и с затаенной злобой к счастливому сопернику, покориться и ни с чем отправиться восвояси. А Илентай, опасаясь их мести, вскоре откочевал в родные края.


<<<Содержание