Главная страница
 Обратная связь
 Редакция рекомендует
 Друзья сайта
   
 
 Белорусские сказки
 Русские сказки
 Украинские сказки
 
 Абазинские сказки
 Абхазские сказки
 Аварские сказки
 Адыгейские сказки
 Азербайджанские сказки
 Армянские сказки
 Балкарские сказки
 Грузинские сказки
 Карачаевские сказки
 Курдские сказки
 Осетинские сказки
 Чечено-Ингушские сказки
 
 Казахские сказки
 Киргизские сказки
 Таджикские сказки
 Туркменские сказки
 Узбекские сказки
 
 Датские сказки
 Исландские сказки
 Норвежские сказки
 Финские сказки
 Шведские сказки
 
 
  
 
 

Охотник из Лило


Жил на свете охотник. Был он меткий, ловкий и удачливый. Никогда не возвращался с охоты без добычи. Но вот однажды целый день пробродил он по лесу, и не попалась ему дичь. Стало темнеть, пора домой, а охотник не может выбраться из лесу — заблудился в густой чаще. Плутал он, плутал и очутился на большой поляне. На поляне — башня высокая, без окон, без дверей. Вдруг раздвинулась стена башни, выскочила на поляну маленькая косуля и стала прямо перед охотником. Пустил охотник стрелу и убил её.
Повесил он на дерево свой кожаный мех с хлебом и развёл костёр. Выстругал из ветки шампур, нанизал на него куски мяса и стал жарить. Как зашипел шашлык над огнём, охотник потянулся к своему меху достать хлеба, а когда обернулся, глазам не поверил — куски мяса стали срастаться друг с другом и обратились вдруг в живую косулю! Поглядела косуля на охотника, словно
с укоризной, и исчезла за деревьями
— Ну и чудеса! — воскликнул изумлённый охотник.
Тут стена башни снова раздвинулась, и неведомый голос молвил:
— Разве это чудеса? Настоящие чудеса охотник из Лило повидал!
Вернулся охотник домой и перестал с той поры ходить в лес — всё думал о случившемся. Наконец решил он найти охотника из Лило и расспросить, какие чудеса тот повидал.
Мать напекла охотнику хлеба, собрала его в дорогу.
Долгий путь прошёл охотник, износил каламани1 и не повстречал в пути
Каламани— род крестьянской обуви из сыромятной кожи.
ни одной живой души. Через много земель вела его дорога и довела наконец до высокой башни. В этой башне и жил охотник из Лило.
Радушно встретил хозяин пришельца, угостил, как положено. Рассказал ему наш охотник, какое чудо с ним приключилось, поведал про косулю из башни без окон и дверей и про неведомый голос, донёсшийся оттуда.
— Расскажи мне, какие чудеса довелось тебе повидать,— попросил гость
хозяина.
— Хорошо, послушай, что со мной приключилось,— отвечал охотник из Лило.— Мне было лет пятнадцать,— начал он,— когда умерла моя мать. Отец женился второй раз. Невзлюбила меня мачеха. Что я ни сделаю — всё не так, всем она недовольна, ругает и бьёт меня. Взял я и пожаловался отцу. Он побранил мачеху. А когда на другой день отец ушёл на охоту, мачеха схватила плётку и как хлестнёт меня, говоря: «Обратись в собаку!» Я и слова молвить
не успел — превратился в собаку. Вернулся отец с охоты, я к нему. Заскулил, трусь о его колени. Тут подскочила мачеха и отца тоже ударила плёткой, обратила его в голубя. Стал отец мой птицей. Чем мог помочь мне голубь?
Жил я собакой во дворе. Мачеха пинала меня, морила голодом — раз в три дня кинет сухую корку и даст воды. Отощал я, еле ноги волочил. Думаю, надо спасаться. Выбрался утром тихонько со двора и поплёлся на базар. Там один добрый мясник кинул мне кусок печёнки. Я схватил зубами печёнку и понёс к огню — рядом жарили шашлык. Положил кусок печени на горящие угли и жду, когда зажарится. Мясник, понятно, удивился, что я совсем по-человечьи готовлю поесть, и взял меня к себе в дом.
Я служил ему верно, зорко охранял и дом и семью. Слух обо мне — об удивительной собаке — облетел весь город. Люди отовсюду приходили поглазеть
на меня.
Пришёл раз к моему хозяину богатый купец и сказал, что дома у него творится неладное: кто-то крадёт его детей. Каких только сторожей ни ставил, всё
равно исчезают младенцы.
«Дай мне на время твою собаку,— попросил купец моего хозяина,— может,
поймает она вора».
Хозяин отпустил меня к купцу.
Как раз в тот день у жены купца родился сын. Всю ночь я был настороже. Под утро гляжу — откуда ни возьмись, старуха-горбунья крадётся к колыбели! А мать и няня спят, ничего не слышат. Я бросился на горбунью и повалил её,
не дал унести ребёнка.
«Отпусти меня, сын охотника, отплачу тебе добром»,— зашептала старуха.
Я удивился, откуда горбунья знает, что я человек, и отпустил её.
Наступило утро. Увидел купец, что младенец не пропал, и на радостях навьючил на меня полный хурджини золота.
«Иди,— говорит,— неси своему хозяину».
Я пошёл, да только не к мяснику, а домой, к мачехе. Думаю,
может, сжалится надо мной, как увидит, сколько золота ей принёс, и вернёт мне человеческий облик.
Принёс я мачехе золото. Засмеялась она от радости, но оставила собакой, а в благодарность позволила лежать у порога дома да обещала хорошо кормить.
Пропала у меня надежда на спасение!
Однажды мимо нашего дома проходила отара — пастухи перегоняли овец на горные пастбища.
Понравился мне один добрый с виду молодой пастух, и я увязался за ним. Не отогнал меня пастух, даже погладил по голове.
К вечеру мы уже были в горах. Пастухи зарезали на ужин овцу. Своим собакам кинули сердце и печень, а мне одну кость.
Ночью полил проливной дождь. Осмелели волки и со всех сторон подступили к овцам. Пастушьи собаки до отвала наелись и спали мёртвым сном, а я всю ночь воевал с волками. Много их подобралось к загону. Пятерых придушил, остальные разбежались. Словом, спас я в ту ночь овец. Утром ухватил я молодого пастуха за полу чохи зубами и потащил к месту ночного боя,
показал мёртвых волков. С того дня пастухи всячески пеклись обо мне__
даже овцу для меня закалывали.
Однажды в густой туман овцы разбрелись по дальним склонам. Пастухи забегали, начали собирать отару. Я тоже носился — помогал им. Пригнал я несколько десятков овец к нашему загону, а пастухов нет — успели перекоче-
вать на другое место. Недолго думая я увёл овец домой, попробовал ещё раз задобрить мачеху.
Довольна осталась мачеха добычей, а всё равно не сжалилась — очень зловредной была. Хлестнула меня плёткой и молвила:
«Стань перепелом на съедение коршунам!»
Обратила она меня в перепела.
Улетел я прочь от родного дома — что мне было там делать?
Шла молотьба. Крестьяне таскали снопы на гумно. Опустился я у дороги и стал выклёвывать зёрна из упавших колосьев. Вдруг показался в небе коршун. Я вспорхнул и сел на плечо шедшего мимо парня. Он принёс меня к себе домой. Позвал свою бабушку и говорит:
«Зажарь перепела»,— а сам пошёл разгружать арбу.
Взяла меня старуха в руки и шепчет:
«Вот и попал ты ко мне, сын охотника!»
Я узнал её. Это была та самая горбунья, что таскала младенцев у купца.
«Теперь я отплачу тебе добром»,— сказала старуха и спрятала меня под миской.
А когда парень ушёл со двора, выпустила и сказала:
«Несись домой, но в комнату влети через окно. В правом углу висит плётка твоей мачехи, потрись об неё и обернёшься человеком. Возьми потом плётку и стегни мачеху. Обрати её в ослицу, пускай поработает на тебя».
Послушался я горбунью-старуху, поступил, как она сказала.
Кончил охотник из Лило свой рассказ и повёл гостя во двор.
— Гляди, как вымостил я двор! Гляди, какая у меня высокая башня! Не сосчитать, сколько камня и песку перетаскала моя ослица. Вот какие чудеса довелось мне испытать!
Радость — здесь, горе — там. Отруби — им, муку — нам.


<<<Содержание